Вечерние события оказались под плотным слоем воды моего мирового океана. Слышу их, но глухо. Звук похож на тот, что возникает, когда о борт корабля ударяется лодка. Причем, этот звук слышит только рабочий судна, находясь внутри него.

***

Пижама и какао традиционно ответственны за нежность в дождь. Успешно справляются и сейчас. Внутри меня пусто. И герметично.

***

По-прежнему не имея сил и желания выходить на связь с внешним миром, делаю несколько заметок в терапевтических целях. Доктор такой хитрец.

Кот принимает активное участие в процессе реабилитации. Вот и теперь. Не пытаясь делать вид, что внимательно слушает меня, храпит. Ценю не-лицемерие. Кошачий бочек на груди держит в реальности. Шерсть пахнет теплым, душистым, настоящим.

***
За окном загудели танки. Танки для меня — собирательное понятие тяжелой техники, что не предназначена для доставки молока в магазины и детей в школу. Танки — синоним страха. Танки — значит снова плакать.

Звук становится интенсивнее. Поначалу кажется, что это низколетящий самолет. Но самолет не приближается так бесконечно долго. Значит все-таки танки.

***

Не хожу на парады. Это за гранью моего понимания. За обочиной того, что важно, что «мое».

***

Пару дней назад, слушая «ночной ход» с репетиции парада, мне захотелось все же увидеть, «кто идет», кто так громко и безропотно нарушает сон тысячи людей. «Ход» продолжался достаточно долго для того, чтобы неторопливо собраться и выйти. Что-то держало. Плотное любопытство уравновешивала сила, столь же недискретная и мощная. Ждала каждую минуту, что «ход» закончится. Ждала тишины и мира. А он гудел. Решила, что в следующий раз схожу. Встречусь.

Сегодня несмотря на обещание, снова тяну до последнего. Хожу по комнатам, думаю, сомневаюсь. Затем накидываю на пижаму вязаное пальто, быстро обуваю кеды на босую ногу, забрасываю в карман ключи, деньги, телефон и выхожу в темноту.

Странно, но ступая по абсолютно темной асфальтной дорожке, мокрой от едва закончившегося дождя, уверена, что от моей ноги сегодня ночью не погибнет ни одна улитка, ни один дождевой червяк.

***

Приближаясь к проспекту уже издали вижу колонну. Единицы техники ритмично сменяют друг друга. Слезы не заставили себя ждать. С каждым шагом все сильнее хочется реветь. И даже несмотря на то что людей на улице нет, сдерживаю себя. И снова обрыв связи с реальностью.

***

Первая мысль, посетившая после возвращения в сознание: «Зачем они здесь?» Эти люди не празднуют победу, летя на своих пятнистых космолетах через улицы, наполненные цветами, благодарностью и ликованием. Они не поверженные оккупанты, которых везут последней дорогой на виду у всех, а потом их не станет. Это какие-то инопланетяне! Пришельцы, они не вписываются в улицы моего города. Господа, вас тут не ехало!

***

Страх меня не оставляет ни на минуту. Напоминаю себе сейчас мягкую куколку из ситца, чьи ножки гнутся в разные стороны, при этом ничего не ломается. Устойчивости в этих ножках не много. Настоящие же в пижаме и кедах, действительно, были ватными. Стою в тени дерева у дороги. «Ход» гудит.

***

Обернувшись замечаю мальчика-дворника. Мой старый приятель. Всегда казался странным, с особенностями поведения. Постоянно приходит ко мне с ведром за водой, когда моет подъезд. И сейчас мы вдвоем с ним — на некотором расстоянии друг от друга — стоим и слушаем «ход». Я спрошу у него в следующий раз, когда зайдет, зачем он сегодня был здесь. И что чувствовал. Может у нас похожие фильмы.

***

Нереалистичность и даже абсурдность происходящего усугубляет уборочная техника (поливочные машины, трактора с крутящимися щетками), которая идет за «ходом». И снова в голове вопрос: «Зачем?»

Моросит дождь. Около часа назад закончился густой ливень. «Откуда такая страсть к чистоте?» — проносится в мыслях. После понимаю. Так с проезжей части убирают разрушенное дорожное покрытие. Чтобы не летело днем в стекла из под колес мирного транспорта.

Запишите: «Танки и трактора — техника с ярко выраженной санитарной функцией».

***

На обратном пути меня останавливает новая история. Проходя мимо административного здания, заключенного в забор, замечаю крупную собаку, оказавшуюся запертой в периметре забора и теперь суетливо искавшую выход.

«Как ей выбраться?» Прокручивая варианты, как ее освободить, на миг застываю на месте. А через мгновение вижу рядом с собой этого пса. Он пробегает позади меня, хромой и мокрый, не обращая никакого внимания на прохожего. Не решаюсь его окрикнуть.

***

Дома пахнет какао. Кот рад моему возвращению. У кота замерзли уши. Стали греться.

***

За окном летит низкий самолет. Настоящий самолет! Хочется верить.

***

Снова начался густой дождь. Тишина шелестит и пахнет влагой сочной листвы. Гром за скобками. Скобками сообщений, которые, как ни крути, не превращаются в реальные лица-улыбки.

***

Рассвет.